Четверг, 29 Март 2018 00:00

"Деньги выводили синхронно". Как в Украине лопались банки Избранное

"Деньги выводили синхронно". Как в Украине лопались банки
"Деньги выводили синхронно". Как в Украине лопались банки

Светлана Рекрут, заместитель директора-распорядителя Фонда гарантирования вкладов физлиц рассказала, сколько денег уже вернули вкладчикам неплатежеспособных банков, как ведут себя их собственники и почему не все активы удается продать.

— Как забрать свои деньги в случае, если банк объявили банкротом?

— Если эта сумма в пределах гарантированной (200 тыс. грн), то все, в принципе, просто. После признания банка неплатежеспособным Фонд гарантирования объявляет о начале выплат вкладчикам такого банка. Нужно дождаться, когда появится объявление на сайте банка или на сайте Фонда о том, что начинается выплата гарантированного возмещения.

После чего прийти в любое отделение банка, указанного в этом объявлении, и получить свои деньги. Сейчас выплаты возмещения вкладчикам происходят преимущественно через автоматизированную систему выплат, когда вкладчика не привязывают к конкретному банку, а он приходит в любое отделение из перечня банков, которые являются, по мнению Фонда, квалифицированными для осуществления выплат.

— Сколько вкладчиков, имеющих вклад свыше 200 тыс. грн, смогли получить свои деньги?

— Физическим лицам, вклады которых превышали 200 тыс. грн и которых часто называют «вкладчики 200+», банки-банкроты должны порядка 37 млрд₴ Напомним, что когда банк ликвидируется, то существует очередность выплаты денег его кредиторам. В первые две очереди идут обязательства перед персоналом (зарплата, выплаты при увольнении и т. д.), в третью очередь идет Фонд гарантирования, который из своих средств выплатил вкладчикам до 200 тыс. грн, четвертая очередь кредиторов — физлица, чьи вклады свыше 200 тыс.₴

Как только неплатежеспособный банк закончил рассчитываться с Фондом, то все последующие поступления от продажи активов этого банка идут на выплату денег кредиторам четвертой очереди, т. е. «вкладчикам 200+». По всем 94 банкам из 37 млрд грн, которые эти банки должны кредиторам четвертой очереди, на сегодня выплачено порядка 1,2 млрд₴

Полностью четвертую очередь — по вкладам свыше 200 тыс. грн, — мы закрыли по шести банкам, и еще по трем банкам («Диамант», «Премиум» и «Софиевский») — в процессе погашения.

Процедура информирования у нас аналогичная. Мы на своем сайте объявляем о начале погашения требований кредиторов неплатежеспособных банков. Дальше на указанные «вкладчиками 200+» реквизиты неплатежеспособный банк перечисляет деньги.

— Люди подают в суды на банки-банкроты. Как часто это случается и с каким результатом?

— В суды люди массово не обращаются, хотя прецеденты есть. Процедура получения денег кредиторами такова: на основании заявлений их вносят в реестр кредиторов и определяют в соответствующую очередь. После этого они ожидают, когда начнется погашение их требований.

Никакого иного способа получить деньги по решению суда досрочно не существует. Хотя бывают случаи, когда перед введением временной администрации банк передает в залог крупному вкладчику какое-то свое имущество, например, здание, чтобы обеспечить его вклад. Такого рода операции Фонд гарантирования пытается в судах признать недействительными, потому что в первую очередь это нарушает права других вкладчиков и кредиторов банков. Вкладчик после этого начинает с нами судиться и доказывать, что это была правомерная сделка. Бывает, мы проигрываем такие судебные дела, но только тогда, когда суды чем-то мотивированы быть на стороне вкладчика.

— Когда банк признан неплатежеспособным, то все его активы подлежат продаже. Бывают случаи, когда бывшие собственники противятся продаже и ведут борьбу с Фондом?

— С бывшими акционерами 26 банков мы сейчас судимся. Они считают решение НБУ о признании их банков неплатежеспособными неправильным и некорректными. В судах они оспаривают и наши полномочия. Есть финучреждения, над которыми мы даже не установили контроль, например, банк «Союз». Он признан неплатежеспособным, но мы там не были ни дня. Укринбанк тоже был признан неплатежеспособным, там ввели временную администрацию, а когда началась ликвидация, суд беспрецедентно признал действия Нацбанка некорректными и передал активы банка на хранение компании с почти идентичным названием «УкрИнком».

При этом по решению суда компании передаются только активы, а обязательства перед вкладчиками остаются за Укринбанком. «УкрИнком» при этом получает полный контроль над активами банка, продает их и тратит средства так, как ему нужно, а вкладчики сидят без денег, банк им ничего не выплачивает. Контроля над банком у нас нет, им управляют полностью бывшие собственники и акционеры, а вкладчики при этом не получают ничего. Второй, не менее яркий случай, Златобанк, когда по иску акционеров действия НБУ признали некорректным и контроль над Златобанком мы потеряли. Мы боремся за то, чтобы вернуть банки под наше управление, чтобы вкладчики и кредиторы могли получить хоть что-то. При этом акционеры и менеджеры, которые привлекали вклады под «свои» гарантии, претендуют только на активы, а вкладчиков оставляют без денег.

— Что из активов продается при ликвидации банка?

— Продается все. Продаются права требования по кредитам, здания, столы и стулья, компьютеры, ценные бумаги, монеты и чековые книжки. Все, что есть на балансе, включается в ликвидационную массу и продается по одной схеме через систему ProZorro Sale в режиме публичного аукциона. Поучаствовать может любой человек, кроме заемщиков и поручителей в случае продажи прав требования по кредитам. Вырученные от продажи деньги направляются на погашение требований кредиторов, согласно очередности. Мы должны продать все, что есть, и по максимальной цене. К сожалению, качество активов очень плачевное.

— Насколько они плохие?

— Балансовая стоимость активов этих 94 банков порядка 500 млрд грн, а их оценочная стоимость — 100 млрд, и это очень оптимистичная оценка. Рыночная стоимость активов намного меньше.

— Почему их рыночная стоимость меньше?

— Потому что, когда Фонд гарантирования вкладов приступает к продаже актива, а именно прав требования по кредиту, то его стоимость зависит только от того, что есть в залоге. В залоге может быть все что угодно. Залоги хорошего качества — это недвижимость, бизнес. Залог плохого качества — «мусорные» ценные бумаги, товары в обороте. Даже газ в трубах, урожай 2014 года или оливье в супермаркете бывает в виде залога. В случае с банком «Финансы и кредит» в качестве залога были таблетки.

Когда мы продаем право требования по кредиту под фиктивный залог, то стоимость этого «актива» близится к нулю. Если вы покупаете право требования у фирмы, допустим, ООО «Солнышко», то это обозначает, что вы можете прийти в эту фирму и потребовать у нее сумму этого долга. В фирме говорят, что денег у них нет и они ничего не вернут. В таком случае, для того чтобы вернуть кредит, можно попытаться забрать залог и продать его. Если же залогом под кредит выступает «ничего», то вы и получаете «ничего». Кроме того, как только банк становится неплатежеспособным, и фирма понимает, что у нее большие долги перед таким банком, она осознанно идет к банкротству. Это значит, что фирма прекратит существование, и вам некому будет предъявить требования. Таких активов, где у нас кредиты под фиктивные залоги, почти 40%. Вот из-за этого получается так, что кредиторы не могут получить деньги.

Также большие проблемы для вкладчиков создает наша судебная система. Все инциденты, связанные с выводом залога, банкротством, всегда происходят при содействии судов. Плохое качество активов вызвано ошибками контролирующих органов, регулятора. Есть ситуации, когда банк давал кредит под хороший залог, но когда стал неплатежеспособным и перешел под контроль Фонда, его должники начали оспаривать в судах договоры залога или попросту их воровать.

— Какими образом?

— Они признают договоры залога недействительными из-за явных мелочей, например, неправильно поставленной запятой в документе, и доказывают это в суде. После этого мы теряем право требовать залог. Иногда эти залоги воруются без судов через госрегистраторов. Сегодня, например, здание зарегистрировано на одну фирму, но в реестре затем оказывается, что собственником здания является совсем другая фирма, не являющаяся нашим контрагентом по договору, она, например, на Кипре, и мы сделать ничего не можем. Когда начинаем разбираться, как же так случилось, что право собственности перешло на третье лицо, то оказывается, что это произошло из-за одной записи нотариуса. И таких случаев масса.

Бывает, что как только Фонд начинает продавать какой-то актив, моментально «прилетает» решение суда о запрете его продажи. Все знают о сети заправок WOG, АЗС которой выступают залогом по кредиту банка «Форум». Мало того, что по решению суда продавать этот актив нельзя, так еще заемщики получили разрешение на рассрочку выплат на пять лет, при том что ликвидация банка завершается через год. Всю сумму кредита они должны вернуть только в конце пятилетнего срока, а нам выплачивать ежемесячно лишь 700 тыс. грн при общем долге в 1,6 млрд₴ При этом сеть заправок работает и достаточно благополучно.

Есть еще ряд всем известных бизнесов, которые являются нашими должниками, но при этом ни один из них не обслуживает свои долги. В течение первых двух месяцев после введения временной администрации 90% заемщиков приостанавливают погашение своих обязательств, и банк не получает ничего. Дальнейшее развитие событий зависит от добросовестности и порядочности заемщика.

Существует несколько путей: оформить компании с похожим названием и перевести туда бизнес, можно начать войну с Фондом, разбивая договоры залогов, воровать их, а третий путь — стараться обслуживать кредиты, перекредитоваться и попытаться вести честный бизнес. В середине прошлого года мы возобновили работу с кредитными бюро, передаем всю кредитную историю им. Надеемся, что это простимулирует украинский бизнес начать платить по долгам, но это пока никаких результатов не дает. Надеемся, работающие банки, когда к ним придут такие горе-заемщики, на основании информации об их плачевной кредитной истории в кредитном реестре будут лучше оценивать свои риски.

— По каким банкам есть уголовные дела?

— Они заводятся почти по всем банкам. Мы подали более 4 тыс. заявлений о нарушениях, но до суда дошло 23 заявления. Самые громкие факты воровства активов были у банка «Михайловский», такого ноу-хау рынок Украины еще не видел. Есть производство по банку «Хрещатик». Там при участии коммунальных предприятий происходили массовые финансовые транзакции для выведения средств из банка.

По Дельта Банку есть дела из-за вывода активов на 25 млрд₴ На компании-пустышки выдавались фиктивные кредиты, без залогов. Интересная ситуация с Имексбанком. Весь кредитный портфель выдался под залог стадиона «Черноморец», который оценили в 10 раз выше его реальной стоимости. Вы же понимаете, что стадион — это очень специфический актив и продать его не так-то просто.

— Есть ли диалог с собственниками этих банков?

— Собственники банков не особо выходят на связь. Мы подаем на них в суды, привлекаем к таким делам правоохранительные органы...

— Были ли доказанные случаи, что банки намеренно банкротились и их активы выводились?

— Для того чтобы обвинить банк в намеренном банкротстве, нужна экономическая экспертиза и разбирательства в суде. Я не верю, что руководство Дельта Банка, выдавая кредиты на миллиарды гривен без обеспечения компании-нерезиденту, не осознавало, что оно делает. Безусловно, это намеренные действия, которые усугубили ситуацию и привели к банкротству. То же относится к банку «Хрещатик», когда коммунальные предприятия взяли и синхронно перевели часть остатков средств на своих счетах в другие банки, а остальную часть денег, которую не удалось разместить в другом банке, они в качестве безвозвратной финансовой помощи отправили на счет третьей компании, которая этими деньгами погасила кредиты связанных с банком лиц.

Мы пытаемся доказать это в суде, мы заказываем независимый аудит банка, а результаты предоставляем правоохранителям. Ответили за свои поступки пока что немногие, но у нас есть прецеденты. Объявлено подозрение Игорю Дорошенко, руководителю банка «Михайловский», также акционерам Интербанка.

— Какой ущерб бюджету и экономике страны нанесла ликвидация десятков крупных банков Валерией Гонтаревой?

— Не уверена, насколько корректно упоминание лишь одной фамилии. Тем не менее сложно оценить ущерб для экономики. Можно привести цифры, что Фонд во время массовой ликвидации банков выплатил около 90 млрд грн вкладчикам. Понятно, что в Фонде гарантирования всех нужных денег не было и их пришлось взять в долг под проценты у НБУ и Минфина. Минфин в итоге дал эмиссионные деньги. Чтобы вернуть их, Фонд должен продать активы и все возместить. Фонд гарантирования до сих пор платит рыночную кредитную ставку за пользование деньгами, которые были привлечены от Минфина и НБУ, при том что мы не ведем бизнес-деятельности и не получаем прибыли. Сумма денег, которую нам нужно отдавать в качестве процентов, намного больше, чем размер ежегодных отчислений банков в Фонд. Поэтому непонятно, как считать ущерб экономике.

— Как вы сейчас оцениваете ситуацию в банковской сфере, стоит ли ждать «зачистки» еще какого-то количества банков?

— Мы убеждены в том, что основной кризис позади. Если и будут случаи банкротства банков, то единичные, которые не повлияют на конъюнктуру банковской системы. Проблемы в ней еще есть, за год они не решатся, но я считаю, что кризис мы преодолели. Банковскую систему ждет не стремительный рост, но стабильность.


Источник: “http://antikor.com.ua/articles/229158-denjgi_vyvodili_sinhronno._kak_v_ukraine_lopalisj_banki”

Оставить комментарий

Разное